April 26th, 2013

inotv, Ино ТВ, ИноТВ

N24: Причиной пожара в больнице могла быть халатность

В российских учреждениях, например в больницах, предписания по безопасности часто нарушаются, а проверки различных инспекций нередко оказываются простой формальностью. Такое мнение высказал корреспондент N24, комментируя пожар в подмосковной психиатрической клинике, при котором погибли 38 человек.



На связь из Москвы выходит Критоф Ваннер. Кристоф, как можно объяснить, что в этой «преисподней» выжило два человека?
КРИСТОФ ВАННЕР, корреспондент N24: Пожар начался в два часа ночи по местному времени, то есть в полночь по немецкому. Большинство пациентов были под сильными медикаментами. Пациенты – это, прежде всего, инвалиды, а также люди с наркотической и алкогольной зависимостью.

Когда же медсестры заметили, что пожар уже достиг больших масштабов, было уже поздно: люди не смогли выбраться из здания, так как на окнах были решетки. Поэтому они погибли в этом аду.

Необходимо также добавить, что большинство из них задохнулись из-за дыма.

Не далее как в прошлом году эту клинику проверяли. Неужели предписания для общественных учреждений в России такие свободные?

КРИСТОФ ВАННЕР: К сожалению, приходится признать, что во время этих проверок часто обманывают и хитрят. Приходят пожарные, иногда что-то осматривают и ставят галочку. На деле же в России часто нарушают предписания по безопасности, не предпринимаются даже самые необходимые меры, зачастую в таких заведениях даже не найти исправных огнетушителей.

Учитывая все это, нельзя исключать, что одной из причин этой катастрофы стала халатность.

С нами был Кристоф Ваннер. Большое спасибо.

Оригинал статьи

inotv, Ино ТВ, ИноТВ

Fox News: Следующей целью Царнаевых был Нью-Йорк

После взрывов в Бостоне братья Царнаевы планировали совершить теракт в центре Нью-Йорка на Таймс-сквер, сообщает Fox News. Идея была спонтанной, но бомбы они уже изготовили, уточняет мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг.



Первая новость сегодня на телеканале Fox News: их следующей целью был Нью-Йорк. Так говорит полиция об обвиняемых в совершении взрывов во время бостонского марафона. По информации правоохранительных органов, братья Царнаевы спонтанно придумали план совершить теракт на Таймс-сквер, когда находились в бегах.
МАЙКЛ БЛУМБЕРГ, мэр Нью-Йорка: Нас проинформировали в ФБР, что выживший организатор теракта признался: следующей целью для них был Нью-Йорк. Он рассказал ФБР, что они вместе с братом собирались отправиться в Нью-Йорк и взорвать еще несколько бомб на Таймс-сквер. Они собрали эти бомбы, и мы знаем, что они могли совершить теракт.
 Но как стало известно Fox News из другого официального источника, это был не настоящий план, а полная импровизация. И полиция говорит, что план быстро развалился, когда у братьев закончился бензин.

Оригинал статьи


inotv, Ино ТВ, ИноТВ

SRF считает «прямую линию» PR-площадкой Путина

Во время «прямой линии» у Владимира Путина есть возможность не только пообщаться с народом, но и продемонстрировать результаты своей работы. По мнению телеканала SRF, это мероприятие – крупная рекламная акция, которая в этом году длилась почти 5 часов подряд.



Традиционная «прямая линия» на российском государственном телевидении должна была, в сущности, продемонстрировать близость Путина к народу. Но в реальности это идеально инсценированная демонстрация достижений российского президента.
Сегодня это снова называлось «Прямая линия с Владимиром Путиным». Но для критиков это продолжительная рекламная акция, во время которой Путин отвечает на вопросы россиян, например, схожа ли его политика с политикой Сталина.

Шоу повторяется ежегодно. Владимир Путин отвечает на вопросы населения. Причем поступило 3 миллиона вопросов - столько еще никогда не было. Обратиться к президенту имели возможность граждане, выбранные из большого количества людей.

АЛЕКСЕЙ ВЕНЕДИКТОВ, журналист: В Вашей политике есть элементы сталинизма?

ВЛАДИМИР ПУТИН, президент РФ: Я не считаю, что здесь есть какие-то элементы сталинизма. Сталинизм связан с культом личности, с репрессиями и ГУЛАГом. Ничего подобного в России нет и, надеюсь, уже больше никогда не будет. Но необходимы дисциплина и порядок.

В марте зарубежные правительственные организации* ощутили на себе, что значит дисциплина. В некоторых из них были проведены обыски. В мире это вызвало волну критики, однако Путин ответил на такой вопрос уклончиво.

ВЛАДИМИР ПУТИН, президент РФ: Мы приветствуем работу НКО. Более того, и даже оппозиционных наших коллег приветствуем. Но если эта деятельность во вред обществу, это плохо.

Путин отвечал почти пять часов. Идеальная возможность показать себя.

Оригинал статьи


inotv, Ино ТВ, ИноТВ

Мать Царнаевых: Не хочу верить, что взрывы в Бостоне дело рук моих детей

Зубейдат Царнаева в интервью телеканалу CNN заявила, что сочувствует семьям погибших при бостонском теракте. Однако она не верит в то, что взрывы организовали ее сыновья.



Несмотря на то что весь мир считает Тамерлана и Джохара Царнаевых подозреваемыми в террористической деятельности, их мать заявила, что никогда не поверит, что это правда. Об этом она сказала в интервью корреспонденту CNN Нику Пэйтону Уолшу в России. В нем она много говорила о взрывах в Бостоне, о последнем разговоре с сыновьями, а также о допросе ФБР, который длился целый день.
ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА, мать подозреваемых: Все вопросы были о Тамерлане.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ, корреспондент CNN: О его поездке сюда? О двух поездках, правильно? В 2011 и 2012 годах.

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Нет, только о той, что была в 2012.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ:  Только о той, что была в 2012, хорошо. Она длилась полгода, он ездил вместе с Татьяной?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Да

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Вы собираетесь в Америку?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Думаю, да, думаю, да.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Вы этого хотите?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Да. Я действительно хочу узнать, чем это все закончится.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Вы хотите похоронить своего сына?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Конечно. Хотя я не знаю, позволят ли нам увидеть Джохара, но, тем не менее, я хочу поехать. Я хочу увидеть Тамерлана, если это возможно.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Существует же проблема с ордером на ваш арест.

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Меня это абсолютно не заботит. Это не является какой-то трудностью. Это не такая большая проблема, она меня не беспокоит. Меня волнует только лишь смерть моего старшего сына, которого, как я считаю, убили, и мой младший, который нуждается в поддержке.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Они связывались с вами?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Тамерлан связывался со мной.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Он сказал, что с ним все в порядке?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Я сказала… Я слышала следующее… Как любая мать, если что-то подобное происходит, я спросила об этом. Он сказал: «Мама, все хорошо, не волнуйся». Я бы что-то подобное спросила в случае урагана, дождя или что бы там ни было, я же мать.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Тамерлан накануне своей смерти вам звонил. Если посмотреть на этот телефонный звонок, то получается, что он звонил, чтобы попрощаться, правильно? Он знал о том, что находится в бегах.

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Он не знал, что находится в бегах. Он просто, как обычно, разговаривал со мной.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Что он говорил?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Ну, как всегда: «Как ты, мама? Чем занимаешься?»

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Потому что тогда в четверг его либо должны были посадить в машину, либо должны были преследовать американские власти, либо он мог находиться в каком-нибудь другом месте. Его голос вам показался абсолютно нормальным?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Да.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Вы также разговаривали с Джохаром?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Да.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Они были вместе? Они шутили?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Они были в порядке.

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Опишите вашу боль.

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Я не знаю, как ее описать. Вы же знаете, что такое мама, у вас ведь есть мама, так ведь? Только потому что вы не мать, вы этого не поймете. Я мать, любящая мать двух детей. Я не знаю. Это действительно какое-то сумасшествие. Я даже не могу описать это. Я не знаю. У меня нет сил. У меня ничего нет. Я не могу спать, я как мертвая, как мертвый человек. Как я могу это описать?

НИК ПЭЙТОН УОЛШ: Что бы вы сказали семьям, которые потеряли близких из-за событий в Бостоне?

ЗУБЕЙДАТ ЦАРНАЕВА: Я бы сказала… Боже мой, я никогда бы не сказала об этом ничего хорошего. И я никогда не говорила. Мне действительно всех их жаль… действительно всех их жаль. Но я не хочу верить, что это дело рук моих сыновей. Хорошо? И я не верю. Я не верю.

Оригинал статьи